August 21, 2017

Сегодня опять поймала себя на мысли, что временно устала от многоязыковой чехарды, и мне ужасно лень формулировать, особенно когда в рамках когнитивных сокращений коммуникативных путей этого не нужно.

В магазине девочка-грубиянка не здоровается на кассе, мне хочется что-то колкое прокомментировать мужу, но так, чтобы она не поняла: испанский, естественно, не подходит, английский и французский тоже мимо (люди, которые здесь хоть немного работают с туристами, их знать на каком-то базовом уровне вынуждены), на русском муж не поймет, – поскрипела мозгами и выдала фразу на итальянском. И даже вполне (для меня) сложносочиненную. (É come una sorella piccola de due bimbo di Lluis, non ti sembra?)

Скрип было слышно в Розасе, наверное, и это все-таки очень тяжело. Любой слабый язык, тот, на который ты не готова в любой момент переключиться, – это мучение. С испанским заметила, что зависит от ситуации: дома мне сложно формулировать на нем быстро и пулеметно, как это происходит с французским и английским, потому что мозг услужливо скатывается в когнитивный комфорт домашнего французского, привычного в этой ситуации и с этими людьми. Но как только выхожу на улицу, иду на хор, в магазин, встречаю местных друзей и знакомых, как будто переключаюсь: становлюсь готова и говорить и реагировать, слушать, воспринимать и транслировать испанскую речь (и даже к каталанской украдкой прислушиваюсь иногда).

А уж говорить на итальянском, когда домашним совершенно безразлично, на каком из четырех языков со мной говорить, и вовсе кажется непосильной задачей (точнее ненужной, мой бедный измученный мозг экономит силы). С ним совсем беда, по большому счету, у меня нет необходимости в итальянском (только чтобы доставить свекрови удовольствие, а я, хоть и обожаю ее, экономлю силы, ведь ей несложно говорить со мной по-французски или испански). Но я, кажется, уже понимаю практически все, что происходит на этом языке вокруг.

Я много читаю на итальянском, прикончила L'amica geniale, принялась за Storia del nuovo cognome (Лила вышла замуж, и муж ее бьет и насилует, представляете? кто бы мог подумать! кто там сравнивал Ферранте и Фазиля Искандера?) и на испанском тоже, но на все остальное у меня нет никаких когнитивных сил. Лениво веду дневник на испанском, но мне почему-то хочется туда писать, только когда лично у меня все плохо, это случается с определенной периодичностью, но недостаточной. Ну да ладно, черт с ним с испанским. Надо попробовать писать туда на итальянском.

В общем, вот она проблема. Мозг не обманешь, ему не внушишь, что надо мучиться и преодолевать на ровном месте непонятно что непонятно зачем, что привычные наработанные нейронные связи (один, два, три, четыре раза наработанные) нужно по новой строить в другом языковом пространстве, – нет, устал, не хочу. Выход из зоны комфорта – вроде нужен, но зачем? (Это не я спрашиваю, это мозг.) Тебе на этом языке ни жить, ни работать, ни учиться. Если незачем, то не заставишь себя, пусть даже ты двести раз ХОЧЕШЬ выучить язык, оно не сработает. (Если ты, конечно, не упоротый полиглот ради языков, и тебе просто нравится их учить – этот кусочек во мне есть, но недостаточно большой.)

И решение здесь единственное, мне кажется, – ставить себя в положение, когда невозможно не выучить язык, потому что он нужен для чего-то ДРУГОГО. Я выучила английский, потому что этот язык давал мне доступ к любимой литературе, науке, образованию, и его требовала моя профессия. Я выучила французский, потому что это родной язык моего мужа и я говорю на нем со своей семьей. Я выучила испанский, потому что я живу в Испании (попробуйте пожить год там, где все вокруг разговаривают, а вы нет, – психологически тяжело).

Ни итальянский, ни турецкий (татарский), ни китайский, которые я хотела когда-то выучить, в эти практические схемы пока не укладываются. Я сама себя ставлю в ситуацию необходимости, вынуждаю и обманываю себя: если хочешь развлечься и расслабить голову чтением развлекательной литературы, а не Журафски и Лутца, вот тебе Камильери и гурман Монтальбано, а вот тебе Ферранте с ее неаполитанскими зарождающимися феминистками, и больше ничего нет. (Неправда, есть еще Лоренцо Сильва, убийство каталонской телеведущей в Сарагосе, хочешь?)

Но в определенный момент, если хочешь заговорить, и этого становится недостаточно.

Надо ехать в Италию, вот что. В глухую провинцию куда-нибудь.